– Я понимаю ваше состояние.

– Пожалуй, стоит еще немного выпить и забыть об этом.

Он подвинул пустой стакан возникшему перед ним официанту.

– Заказать вам еще?

– Да, прошу вас. – И уже официальным тоном она добавила: – Надеюсь, здоровье императора в порядке?

– Более или менее. Последние годы он чувствует себя не лучшим образом, но пока держится. А как здоровье президента Монтеррея?

– Прекрасно. На этой неделе устраивал охоту на диких кабанов.

– Интересная, должно быть, жизнь у президента. Мне всегда нравился Монтеррей. У вас намного спокойнее и тише, чем в Сан-Франциско.

– А я завидую вашему городу, в котором жизнь бьет ключом.

– Это точно. Грабежи, насилия, массовые волнения, поджоги, расовые беспорядки…

– Не нужно так, – мягко прервала она его.

Он и без того понимал, что его заносит. В висках пульсировала боль.

Он с трудом взял себя в руки.

– Я говорю слишком громко?

– Вы едва на ногах держитесь от усталости. У меня есть предложение: давайте перенесем деловую часть беседы на завтра. Мой вопрос не горит. А сегодня пообедаем вместе, и никакой политики. Можно заказать здесь номера, а утром…

– Нет, – остановил ее Кристенсен. – Нервишки расшатались, вот и все.

Я постараюсь не давать воли настроению. Мне не хотелось бы ждать до завтра. Давайте поступим так: вы конспективно излагаете суть проблемы. Но сейчас. Если мне это покажется слишком сложным, обещаю вам, что мы отложим обсуждение до завтра. Хорошо?

– Согласна.

Она отставила бокал и задумалась, словно приводя мысли в порядок.

– Республика Монтеррей поддерживает тесные связи со свободным государством Мендочино. Если я не ошибаюсь, вы разорвали отношения с этой страной.

– Да, и повод не очень серьезный – рыболовный спор.

– Не имеет значения. Главное, что у вас нет прямых контактов, правильно? Следовательно, то, что я хочу сказать, будет для вас новостью.