Голова у него шла кругом.

– Ладно, давай сначала и немедленнее. Где ее искать?

– В Беркли [пригород Сан-Франциско].

– Ты что спятил?

– Она заявила, что в городе ноги ее не будет. Ей, видите ли, страшно здесь.

– Ну да, мы отстреливаем иностранных дипломатов и пускаем их на жаркое. Она прекрасно знает, что ничего с ней не случится.

– Послушай, я говорил с ней. Она твердит, что Сан-Франциско сумасшедший город, и дальше Беркли она шагу не сделает.

– Сказал бы ты ей, пусть катится ко всем чертям!

– Том, я серьезно.

Кристенсен обреченно вздохнул.

– Беркли. Дальше?

– Отель «Клермонт» в половине пятого.

– Впутали-таки меня в историю. Значит, я должен тащиться на другой берег залива, чтобы встретиться с послом какого-то занюханного Монтеррея Они, видно, забыли, что мы – империя, а они всего-навсего вшивая республика. Прикажете всякий раз переплывать залив, когда на том берегу появится очередной посланник и поманит нас пальцем? Завтра во Фриско закапризничает какой-нибудь прыщ на гладком месте, так мне на заднице к нему ползти через всю Калифорнийскую долину? Сколько можно измываться надо мной?

– Том, успокойся.

– Прости, Морти. Сегодня с утра я не в состоянии разводить дипломатические церемонии.

– Позволь заметить, что сейчас далеко уже не утро. Том. Пойми ты меня, если бы я мог, то сам поехал бы к ней.

– Оставим эти разговоры. Не хватало еще нам с тобой выяснять отношения. Узнай, когда отходит паром.

– В половине четвертого. Машина заедет за тобой в три. Договорились?

– Так и быть. За это время постарайся узнать что-нибудь об этом деле.

Пусть твои ребята позвонят мне через час.